Карманная дзэн-философия и творчество

Это не прозелитизм, не агитация в пользу какой-либо из религий и т.д. Тут я пытаюсь как-то сформулировать то, как метафоры из буддизма, даосизма и т.д. могут быть интегрированы в личную философию человека светского, с естественно-научным мышлением (что не так уж и шокирует: пример Шрёдингера и Адвайты).

Сам я профан в востоковедении, поэтому это скорее набросок текста, где значительная его часть — конспект книг Алана Уотса, который как раз и преследовал схожие цели при их описании.

Эта моя статейка — попытка сжато описать такое эклектичное мировоззрение сравнительно здорового психически секулярного агностика, пытающегося изучать разные культуры и религии и наблюдать, как этот процесс изучения преобразует его самого.

Начало

Мне очень нравится подход Алана Уотса (был такой британский философ и востоковед), который в своих книгах, посвящённым философии дао или дзэн-буддизма практически не касается вопросов сверхъестественного и не занимается прозелитизмом (не переманивает в какую-то из религий).

Язык и метафоры

Одна из запомнившихся ярких мыслей — прежде чем изучать философию, давайте сперва попробуем немного понять стиль мышления тех народов, которые эту философию развивали. А чтобы понять стиль мышления — нужна определённая экскурсия в их языки. У нас нет шансов понять древних даосов, пока мы не поймём некоторые свойства китайского языка, которые сильно отличается от языков, свойственным нашим широтам, так сказать.

Тем более что буддизм — понятие достаточно широкое. Буддизм распространился в разных странах, среди разных этносов, смешивался с местными религиозными верованиями. Это религия с древней историей и большой географией распространения. Так что называя что-то “буддизмом”, мы говорим не об одной религии, а огромным набором философских и религиозных течений.

И по-своему парадоксальным (как и весь “буддизм”) явлением оказалось то, что оказалось возможным смешение этой философии не только с религиозными верованиями, но и материалистическим западным мировоззрением.

Ну вот та же Когнитивно-Поведенческая Терапия Третьей Волны и развиваемые в её рамках практики осознанности (модное понятие “майндфулнес”) — это переработка буддистских психопрактик в том числе, переведённых на более материалистические рельсы. При этом у КПТ репутация наиболее научной из методов психотерапии. Такой вот интересный момент.

Субъективно, кстати, этот майндфулнес — одна из вещей, которая сильно уменьшила у меня деперсонализацию/дереализацию (очень сильно помогло их переосмыслить). Литература по теме. Исследования.

Любящая доброта и цепочка реинкарнаций

Это такая идеологическая основа для “Медитации любящей доброты”. Её идея в том, чтобы охватить состраданием, любовью, похожей на материнскую, все живые существа, вообще весь мир. Задача выглядит совершенно неподъёмной, но слонов ведь едят маленькими кусочками, верно?

Рецепт простой: начинаем практику с сочувствия себе, потом друзьям, потом врагам, потом ещё кому-то, в итоге доходя до всего мира и каждого живого существа в нём. Ну и всё, всё готово, вы восхитительны!

Об этом говорят как о чем-то преобразующем, что меняет лично твою жизнь. Замыкать сознание только на своей личности (которой, тем более, как самостоятельной сущности не существует) — слишком узкое поле деятельности для интеллекта, скажем так.

И это такая красивая метафорическая основа, которая является для кого-то аргументом в пользу безусловного глобального сострадания.

Природа Будды

Более прикладная вещь, которая интересна как метафора, и может быть отправной точка, чтобы попробовать выстроить не архаичную, такую достаточно современную философию — это мысль о том, что каждое живое существо имеет природу Будды. Не нужно смеяться, Эрвин Шрёдингер вообще увлекался Адвайта Ведантой и даже писал книги о том, как некоторые идеи из этой религиозной системы резонируют с квантовой физикой и как их обдумывание может помочь разрешить некоторые научные вопросы.

Моя вольная (и наверняка искажённая переформулировка): каждое живое существо похоже на бриллиант, драгоценный камень, который в силу каких-то причин сильно загрязнён. И сам бриллиант может быть незаметен под слоем грязи, но природа у него остаётся той же самой.

Вопрос уже в создании тех условий и тех усилий, в которых эта природа сможет раскрыться, и твоя суть выйдет на поверхность. А драгоценный камень хоть в навозе вываляй, всё равно он остаётся тем же, чем и был.

Когда начинаешь размышлять над этим просто как над метафорой, у меня выстраивается следующая схема:

Системы, роли и отождествления

Одно из главных слов в лексиконе необратимо поехавших эзотериков — это слово “эгрегор”, “маятник”, какая-то сверхъестественная сущность, которая появляется на месте организованного движения людей, на месте системы, и начинающая жить своей жизнью. Люди, которые в неё включались в каких-то своих целях, начинают следовать уже её интересам, стремлениям и её целям. Наверное, в менее зловещих формулировках это что-то, перекликающееся с понятием “гражданского института”.

Сама система состоит из элементов, людей, но действует она по своим собственным законам и преследует свои собственные интересы. При этом сама система мертва, и понятие “интересы” для неё достаточно условное, а люди, которые в неё попадают вынуждены подчиняться её воле. Но при этом “воли” у неё как бы и нет — это ведь просто механизм. Зато подавлять чужую волю такие механизмы умеют неплохо.

А буддизм (и другие течения индуизма, от которого он отпочковался) выстраивается вокруг понятия освобождения: от ограничений карма (закона причины-следствий), от обусловленного существования вовсе.

Даже когда человек живет своей жизнью, он все время находится в рамках одной такой системы или на стыке нескольких систем. В современном глобализованном мире ты часто оказываешься на стыке нескольких культур, а у каждой из культур — своя этика, ценности, традиции, стиль мышления.

И хотя это отправная точка, которая помогает тебе в принципе жить, и создаёт у людей ощущение общности, это же создаёт риск, что мышление закостенеет и вцепится мёртвой хваткой в её традиции и её законы. И когда такое происходит, это мешает воспринимать реальность такой, какая она есть сейчас: ты не видишь реальности, ты видишь навязанные системой шаблоны, схемы, но никак не то, что у тебя под самым носом.

Потому что те схемы, концепции, модели реальности, которые были выстроены, они выстроены в какой-то момент времени. А сейчас уже другое время (а то и другая эпоха), а ты все еще цепляешься за архаику. Звучит жутковато, хотя многие так и живут. Может даже, большинство людей. И, к слову, вся эта религиозно-мифологическая сторона буддизма лично мне кажется полной архаикой.

И вот существует себе человек в рамках этих систем, существует. Если система иерархическая, и ты в ней главный, система “дарует” тебе некую власть, и в то же время имеет и власть над тобой. Чтобы оставаться в рамках системы, и чтобы система не посыпалась, тебе нужно играть в ней какую-то роль. И в какой-то момент ты начинаешь с этой ролью сживаться.

И на стандартный дзэнский контрольный вопрос “Кто я?” вместо стандартного дзэнского ответа “Не знаю”, отвечает о своей роли: бухгалтер там, министр, экономист. И со временем в человеке может быть всё меньше от него самого и всё больше от роли: в таких иерархических системах можно продвигаться вверх, и они наделяют тебя властью, но в то же время устанавливают и всё большую власть над тобой.

Вот такой занятный парадокс власти. А царевич Будда Шакьямуни, напомню, сбежал из дворца и отправился активные духовные поиски.

Ты можешь себя идентифицировать с ролью бухгалтера, даже если считаешь, что бухгалтер — это твоё призвание, в этом вся твоя душа и вся твоя суть, и во всём мире для тебя нет счастья большего, чем ведение бухгалтерии в старой пиратской версии 1С, но это не весь ты, вернее, это в каком-то смысле совсем не ты.

И если ты настолько вцепился в эту роль, настолько сжился со своей “природой бухгалтерности”, то потеря возможности вести бухгалтерию и заниматься твоим призванием — для тебя катастрофа и жизненный крах, который ещё попробуй переживи.

Но пока возможность реализовывать свою бухгалтерность есть, это создаёт ощущение привычности, социальной защищённости, своего рода безопасности. И, может, у тебя получится прожить счастливую жизнь и умереть мгновенно и безболезненно, предвкушая то, как ты будешь писать квартальный отчёт.

Но вот подобные “отождествления”, шаблоны — это всегда не совсем то (или совсем не то), что подходит к данному моменту, к тому, с чем ты привык отождествляться. Это ещё (или уже) не ты сам. Не твоя природа. Просто набор шаблонов, концепций, моделей, привычек мышления.

Они худо-бедно подходят для того, чтобы существовать в этом мире (иногда даже благополучно), существовать в обществе, подходят для выживания, но в то же время если стоит вопрос о каком-то глубинном понимании, это всё не годится, потому что это — отождествление.

В принципе, что даосы, что дзэн-буддисты (или чань-буддисты) очень сильно концентрировались на том, что вот есть ты сам, твоя истинная природа, а есть отождествление с чем-то, которому легко поддаться и в то же время это глубинная иллюзия. А вопрос поиска своей собственной природы, самого себя — это как раз то, на чем сконцентрирован дзэн-буддизм. И его черты — это нешаблонность, спонтанность, пренебрежение к мысленной жвачке рефлексии и вообще всему застывшему.

Привязанность

В таких случаях не учитывается (и об этом твердит Валпола Рахула, напоминая о санскрите, и Алан Уотс, напоминая о китайском), что “страдание” — довольно приблизительный перевод слова “дуккха” с санскрита, что для этих понятий в ту эпоху и в тех языках совсем другой ассоциативный ряд и так далее. Т.е. даже фундамент такого попсового интернет-эзотерики — это некорректно переведённые тексты, вдобавок ещё и перессказанные кем-то.

Я не буду и пытаться строить из себя интерпретатора. А буду сидеть себе и пытаться понять разные интерпретации, как-то увязать с личным опытом — получается что-то не сильно более адекватное, чем гадание для кофейной гуще. Но в результате такого “гадания” у меня получилось воссоздать себе такую упрощённую, к сожалению, искажённую, “карманную дзэн-философию”, которая, кажется, дала на время непробиваемую стрессоустойчивость.

Привязанность к какому-то человеку, например, тоже похоже на привязанность к какой-то концепции. Важное место в философии буддизма играет догмат анатмана: отсутствия у человека какого-то постоянного “я”, души, какой-то постоянной и независимой сущности. И когда мы вообще говорим о “себе” или о “другом”, велик шанс, что мы просто делаем отсылку к какой-то схеме, заготовке, ментальному образу чьей-то личности, который по определению куда проще и наверняка скучнее, чем реальный человек.

И когда буддисты говорят о страдании, “дуккха” (лучше читать про это у Валполы Рахулы, серьёзный учебник), говорят не об абсолютном безвременном счастье, а о чём-то, что всё равно будет иметь оттенки боли, разочарования, печали от потери. “Заражённость” вот таким страданием, “дуккха” — родовая травма Сансарического существования. Как и закон кармы, обусловленности, “причины-следствия”.

Ты можешь любить кого-то, и это может дать тебе счастье, но в то же время создаёт и боль при расставании либо каких-то неприятностей у возлюбленной, например. Можно любить яблоки, но яблоки не будут только источником счастья: ты испытываешь тошноту, когда объедаешься ими. Или просто можешь ими на время пресытиться.

И привязанность связана со страданием в том, что люди могут намертво вцепляться в это что-то или кого-то, когда стоит отступить. В том, что такое “цепляние” за что-то, что означало или означает для тебя счастье, может само стать источником страдания, когда оно неуместно.

Есть какой-то естественный порядок вещей, и упрямые попытки “плыть против течения”, навязывать миру свою волю могут только всё испортить. Красивая метафора: если кто-то попадает в бурный поток, и его несёт течением, пытаться плыть против течения или сразу выплыть на берег будет слишком сложным и неэффективным. В таком случае может оказаться более правильным плыть по течению, пусть оно и уносит тебя совсем не туда, куда бы тебе хотелось, и постоянно слегка корректировать курс в направлении берега.

Священные тексты

По этому поводу тоже есть красивая метафора: дхарма, учение — это не что-то самоценное, это средство, инструмент для того, чтобы переправиться “на другой берег” (метафора Освобождения, Нирваны). это не абсолютная истина, не идол, Будда — это не кумир для ума, это просто что-то, что помогает трансформировать твою психику.

Когда эта лодка становится не нужна, её с уважением и благодарностью пришвартовывают и идут себе дальше своей дорогой. Это о просветлении.

Сатори, осознание собственной природы Будды — это о том, как что-то выбивает у тебя почву из-под ног, выбрасывает из привычных шаблонов и схем мышления, и ты оказываешься с этим миром один на один. А мир таков, что ни один из способов как-то упорядочить свою жизнь, внести в неё радость и так далее, не избавляет от того, что рано или поздно придётся умереть, что люди постоянно чем-то болеют и страдают по самым разным поводам.

И то, что касается дхармы — это о том, чтобы уйти от страдания, “уйдя” от вещей, к которым ты обычно прибегаешь, чтобы уйти от страдания. Это не значит, что к этим вещам потом нельзя вернуться, но это всё равно будет уже совсем другой опыт. Более полный и объективный, видимо.

Люди выстраивают вокруг себя целый мирок, чтобы спрятаться от страдания в ракушку, и он может неплохо служить своим функциям, пока не сам не станет причиной страданий. И вопрос тут не в замене такого мирка на другой, не в том, чтобы по-другому этот мирок обставить, а в том, чтобы попробовать увидеть реальность такой, какая она есть.

А она такая, что в ней далеко не всё вообще подчиняется нашей воле, нет ничего постоянного, ни у чего нет собственной природы, и вообще непривычно, страшновато и так далее. Но где-то в этом выходе есть источник настоящего счастья и контакта с чем-то, что кажется твоей настоящей природой.

Я пытаюсь как-то укладывать в голове те интерпретации, которые читал, результаты моей очень несовершенной практики и т.д., и тут впору возразить даоским “знающий не говорит, говорящий не знает” и “мысль изречённая есть ложь”. Такие формулировки, схемы — это тоже только наводка, просто небольшой намёк на тот путь, который тебе придётся переживать самому. А твой опыт — это только твой опыт, и он принципиально не описывается словесно полностью. И поэтому утверждается, что буддистское учение неполно само по себе. Оно наполняется практикой, и именно практика придаёт смысл тем или иным священным текстам. А также делает эти буддистские тексты уже ненужными.

Язык, семантика и красный свет

Можно сколько угодно долго молоть языком, рисовать какие-то схемы. Возможно, существующие языки в принципе недостаточно полны даже для того, чтобы полностью охватить даже сферу психического.

В современной философии есть классический мысленный эксперимент про черно-белую комнату, где нету цвета. И вот есть девочка, и она с детства живет в черно-белой комнате. Там всё только чёрно-белое, зато из чёрно-белых книжек можно узнать всё, что угодно про красный свет.

Так что у девочки есть возможность читать монографии по оптике, философские эссе на тему глубинного смысла цвета и так далее. И она всю жизнь изучает описанное обычным языком то, что вообще такое цвет.

Вопрос: если она выйдет из комнаты на поверхность и впервые увидит что-то цветное, она узнает что-то новое о цвете? Насколько полным может быть знание, полученное даже из всего массива книг на тему красного цвета, если человек ни разу не сталкивался с самим этим явлением непосредственно?

Вопрос #2: теряется ли информация, если описывать что-то словами? Если мы изливаем чувства на бумагу, например — это же не передаст наш опыт полностью? А теории, схемы, модели — это же только какие-то части, аспекты реальности? Подходит ли хоть один человеческий язык (да и вся возможная человеческая математика в придачу) для того, чтобы полностью описать реальность?

Дао и китайский язык

Начинается книга с описание некоторых “фишек” китайского языка и того, что сам этот язык обуславливает мышление, сильно отличающееся от мышления носителя английского, например.

Интуиция и поэзия

Когда я пишу стихи, я понятно, что это исходит откуда-то из глубин. И часто удивляюсь: ничего себе, а как, чёрт возьми, оно само себе вот так написалось, и как это рифмы сами подобрались, и ритм выдержан? Как будто бы у тебя в черепушке есть слегка автономная от тебя самого машинка, которая обрабатывает большие массивы данных, которая работает постоянно, и которая тебе самому непонятна (ассоциация — “Солярис” Лема, если воспринимать “Солярис” как метафору бессознательного).

И удивителен контраст: стихотворение может написаться само, почти без сознательных усилий, но если ты садишься писать что-то сознательно и подбираешь рифмы, выстукиваешь ритм, ты понимаешь, что процесс-то ужасно сложный. И результат может быть куда хуже того, что напишется само.

Шаманизм, психоанализ и другие интерфейсы к реальности

Это какой-то код. Какой-то язык. Какие-то модели. Какие-то инструменты для построения моделей. Некоторые — совсем неказистые, некоторые более продвинутые. И вот что будет, если попытаться перестать воспринимать эти языковые описания, своё место в каких-нибудь системах как что-то, что полностью описывает тебя и твою суть?

Если только и жить в таком “текстовом”, языковом мире, и смотреть на всё через призму языка, есть опасность перестать замечать всё, что в него не вписывается.

Вопрос сатори в том, что взять и бросить всё это, и вот в данный текущий момент быть самим собой. Не каким-то набором ярлыков, шаблонов, описаний себя, не отождествлениями, а нырнуть вглубь и коснуться своей истинной природы.

Сатори, насколько я понял, значить ну вот просто вернуться к своей настоящей природе. Ну, или не совсем просто, или непросто, или тут вообще речь идёт не о делении о “просто — не просто”. И дзэн-буддизм при таком взгляде — это о том, чтобы стать настоящим собой и видеть настоящий мир. Реальность, которая у тебя перед самым носом.

Мыслить на уровне такой поэтики интересно. Но опять-таки, даже она полностью не описывает, не может описывать реальность. В этом, в принципе, фундаментальное такое ограничение мышления, и его наличие — возможный фундамент для выстраиваемой философии. Сама подобная философия — код, инструмент, шифр, ключ к чему-то более глубинному. Такая вот стеганография глубинная, что ли.

Бегство от себя

И ты бежишь от этого прячась в набор каких-то закостенелых понятий, структур, концепций, систем, мышления, забываешь, кто ты сам. Это помогает избавиться от страдания, но в то же время делает тебя предельно уязвимым к тому, что в эти шаблоны не вписывается. И встречей с самим собой.

Иллюзия того, что у тебя и правда есть власть и контроль над миром, может сильно омрачить существование страхом этот контроль потерять (причём не только твоё существование). Насколько я понимаю, здесь срабатывает ещё один парадокс: стать сильнее, позволяя себе расслабляться; стать более устойчивым, становясь более податливым; противостоять течению, не плывя против него.

В чём я действительно уверен, дзэн — это как раз про подобные парадоксы. Причём не в абстрактной теории: он о приложениях этих парадоксов к практике. Такое вот прикладное парадоксоведение.

Список литературы

буддист с дипломом математика, леволиберал, пескетарианец и психоактивист, издавший сборник стихов и прозы. taplink.cc/outsider.poetry

буддист с дипломом математика, леволиберал, пескетарианец и психоактивист, издавший сборник стихов и прозы. taplink.cc/outsider.poetry